ИВАНОВА Наталия Федоровна (1814–1875),

дочь скончавшегося в 1816 г. поэта и драматурга (наиболее известны его комедия «Семейство Старичковых» и трагедия «Марфа Посадница») Федора Федоровича Иванова, который был приятелем Батюшкова, Жуковского и в особенности Мерзлякова. Мать Ивановой, Екатерина Ивановна, урожденная Кошелева, племянница князя поэта И.М. Долгорукова, вскоре вышла замуж за Михаила Николаевича Чарторижского. Уже в 1818 г. она купила подмосковное имение Никольское-Тимонино (у своего дяди И.М. Долгорукова), вблизи Богородска на реке Клязьме.

Л. мог познакомиться с ней на одном из пансионских балов, в 1829 или 1830 гг., куда, как можно предполагать, приглашал ее друг ее покойного отца Алексей Федорович Мерзляков, поэт, профессор университета и преподаватель пансиона, — он продолжал опекать дочерей своего друга, оказывать им внимание. Л. увлекся И., ему даже стало казаться, что она понимает его, сочувствует ему, — поэтому он стал показывать ей свои стихи. Они встречались на балах — в частных домах и в Благородном собраний, а вскоре он был приглашен в их дом и познакомился со всей семьей.

Отношения Л. с И. были очень сложными. Судя по его стихам, он был пылко влюблен — и еще долго после того, как она охладела к нему и стала относиться к нему даже с некоторой иронией. Чувствуется, что ей доставляло удовольствие помучить его Тем не менее, мать ее пригласила Л. весной 1831 г. погостить в Никольское-Тимонино. Л. взял в университете отпуск на 28 дней (с 18 мая) и 1 июня поехал верхом по Троицкой дороге <…> Он провел в имении пять дней. Вернулся оттуда в очень плохом душевном состоянии. 7-го июня из Москвы он пишет Поливанову, что «болен, расстроен, глаза каждую минуту мокры <…>». «Много со мной было», — прибавляет он многозначительно [1].

Стихи, посвященные Л. Ивановой, вообще стихи об этой любви — трагический роман, полный душевного смятения. Вот его главы: 1830 год — «Н.Ф.И….ой» («Любил с начала жизни я…»); «К***» («Не говори: одним высоким…»); «Стансы» («Я не крушуся о былом…»); «Прости, мой друг?.. как призрак, я лечу…»; «Элегия» («Дробись, дробись, волна ночная…»); «Нищий»; «Передо мной лежит листок…»; «Свершилось! полно ожидать…»; «Итак, прощай! впервые этот звук…»; 1831-й — «1831-го июня 11 дня» (5, 8, 29 строфы); «К***» («Не ты, но судьба виновата была…»; «Ночь» («В чугун печальный сторож бьет…»); «Душа моя должна прожить в земной неволе…»; «Романс к И…»; «Сижу я в комнате старинной…»; «К***» («Всевышний произнес свой приговор…»); «Видение»; «Вечер» («Когда садится алый день…»); «К***» («Нe медли в дальной стороне…»); «К Н.И…» («Я не достоин, может быть…»); «Я видел тень блаженства; но вполне…»; «О, не скрывай! ты плакала об нем…»; «К***» («Ты слишком для невинности мила…»); «Стансы» («Не могу на родине томиться…»); «Силуэт»; «Стансы» («Мгновенно пробежав умом…»); «Как дух отчаянья и зла…»; «Я не люблю тебя; страстей…» и «Н.Ф.И.» (в составе «Новогодних мадригалов и эпиграмм»); 1832-й — «Время сердцу быть в покое…»; «К***» («Я не унижусь пред тобою…»); «В альбом Н.Ф. Ивановой»; «Измученный тоскою и недугом…»; «Сонет» («Я памятью живу с увядшими мечтами…») и «К***» («Прости! — мы не встретимся боле…»).

Этот перечень, скорее всего, не полон. Сюда к тому же надо прибавить и драму «Странный человек», где кое-что от И. есть в Загорскиной, а в Арбенине — от самого Л. этой поры. В этой драме Л. хотелось представить всеобъемлющую Измену, уничтожающую человека с доверчивой душой, и потому странного для всех, научившихся жить без души. Ставить ее на сцене он не думал (в черновике предисловия он и говорит не о зрителе, а о читателе). По окончании ему хотелось показать ее Наташе, — как объяснение того, чего она, может быть, не понимает, как укор в том, что она не захотела поступиться ничем ради спасения человека, который только один и любил ее по-настоящему. Чтобы показать ей, как убивает странного человека все то, что он любит: родные, друзья, женщина. И именно его, убиваемого, люди называют эгоистом, считают плохим, учат жить, осыпают упреками. Арбенин сошел с ума и умер.

В 1835 г. Н.Ф. Иванова вышла замуж за Н.М. Обрескова разжалованного в 1826 г. из офицеров в рядовые за кражу, лишенного дворянства и сосланного рядовым на Кавказ в Нижегородский драгунский полк, откуда его уволили в 1833 г. к статским делам с чином коллежского регистратора. Возможно, Л. и встречался и И. после 1835 г., но когда и при каких обстоятельствах, неизвестно.

Лит.: 1) Лермонтов М.Ю. Письмо Поливанову Н.И. 7 июня 1831 г. Москва // Т. 6. — С. 408–409; 2) Нейман Б.В. Одна из воспетых Лермонтовым. «Русский библиофил», 1916. № 8. — С. 61–70; 3) Комарович В.Л. Автобиографическая основа «Маскарада» // ЛН. — Т. 45–46. — С. 638– 639, 642–648, 650–652; 4) Андроников И.Л. Лермонтов. Исследования, статьи, рассказы. — Пенза: Пензенск. обл. изд., 1952. — С. 272–298; 5) Мануйлов В. Утраченные письма Лермонтова // ЛН. — Кн. II. — С. 33–54; 6) Иванова Т.А. Юность Лермонтова. — М.: «Сов. писатель», 1957. — С. 224–234; 7) Эйхенбаум Б.М. Статьи о Лермонтове, М.—Л.: Издательство АН СССР, 1961. С. 309–314; 8) Серяев М.П. Разгадана ли «Загадка Н.Ф. Ивановой»? // «Русская литература», 1976. — № 4. С.107 — 114; 9) Алексеев Д.А. Лермонтов. Исследования и находки. — М.: Древлехранилище, 2013. — С. 584–589.

Мон. Лазарь (Афанасьев)