КАРАМЗИНА Екатерина Андреевна (урожд. Колыванова, 1780–1851).

Вторая жена Н.М. Карамзина, внебрачная дочь вельможи екатерининской эпохи князя Андрея Ивановича Вяземского (фамилия дана по старинному названию города Ревеля — Колывань). Современники единодушно характеризовали К. как женщину, привлекавшую к себе сочетанием «красоты и величественности», почти царственного спокойствия в словах и поступках, с уважением вспоминали ее особую манеру общаться: чуть отстраненную и все же дружескую, внимательную, успокаивающую. Для них она — «женщина характера твердого и всегда ровного, сердца доброго, хотя, по-видимому, с первой встречи холодного» [7]. Сама она видела «сердце, всегда готовое любить» «под холодной строгой внешностью», как писала в письме А.С. Пушкину 3 марта 1831 г. Исследователи считают, что именно это спокойствие, умение хранить достоинство, отсутствие суетности в характере К., хозяйки салона и светской дамы, Пушкин показал в облике замужней Татьяны в романе «Евгений Онегин». Особенно сильно было это сходство в черновиках 3-й главы романа — петербургский салон Татьяны очень напоминает салон Карамзиных и его хозяйку.

Она была достойна высокой роли хозяйки салона; наиболее полно представила притягательный духовный облик К., хозяйки, жены, матери, доброго друга для всех, кому хоть раз открывалась ее душа, Е.П. Ростопчина в посвященном карамзинскому салону стихотворении «Где мне хорошо». Развернутая характеристика салона К. дана и в записках А.Ф. Тютчевой «При дворе двух императоров»: «Трудно объяснить, откуда исходило то обаяние, благодаря которому, как только вы переступали порог салона Карамзиных, вы чувствовали себя свободнее и оживленнее, мысли становились смелей, разговор живей и остроумней. Серьезный и радушный прием Екатерины Андреевны, неизменно разливавшей чай за большим самоваром, создавал ту атмосферу доброжелательства и гостеприимства, которой мы все дышали в большой красной гостиной» [6]. Общение Л. с кругом Карамзиных определялось его неизменно глубочайшим уважением к Екатерине Андреевне, личность которой связывала атмосферу салона с именами великих современников.

Лит.: 1) Арносон М., Рейсер С. Литературные кружки и салоны. — М.: Арграф, 2001. — 400с; 2) Измайлов Н.В. Пушкин и семейство Карамзиных //Пушкин в письмах Карамзиных 1836–1837 гг.— М.— Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1960. — 350с; 3) Майский Ф.Ф. Лермонтов и Карамзины//М.Ю. Лермонтов: Сб. ст. и материалов,— Ставрополь: Кн. изд-во, 1960. — С.123–170; 4) Мануйлов В.А. Лермонтов и Карамзины // М.Ю. Лермонтов. Исследования и материалы. Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1979. — С. 323–369; 5) Мещерский В.П. Мои воспоминания. — М.: «Захаров», 2001. — 710с; 6) Тютчева А.Ф. При дворе двух императоров. Воспоминания. Дневник / Пер. Е.В. Герье. — М.: «Захаров», 2008. — 592с; 7) Кошелев А.И. Записки Александра Ивановича Кошелева.1812— 1883 годы. Серия: Литературные памятники. Издание подготовила Т.Ф. Пирожкова. — СПб: Наука, 2002. — 478 с.

Т.А. Алпатова