ЛЕРМОНТОВА Мария Михайловна (1795–1817).

Родилась в Москве. Урожденная Арсеньева. Марии Михайловне было 15 лет, когда внезапно скончался ее отец. Его смерть болезненно отозвалась на хрупкой девушке, склонной к уединенной мечтательности. Есть предположение, что она училась в одном из институтов для дворянских девиц — Смольном или Мариинском. Она увлекалась модными тогда романами Шатобриана, Руссо и Жанлис, писала стихи. Они сохранились в альбоме ее родственницы и подруги Марии Акимовны Шан-Гирей. Эти стихи (на французском и русском языках) Л. впервые прочитал на Кавказе в 1825 г., когда этот альбом попал к нему в руки.

Жизнь в замужестве и особенно после рождения ребенка стала для нее трудной: начались споры между Юрием Петровичем и Елизаветой Алексеевной. Здоровье Марии Михайловны быстро слабело, вскоре у нее обнаружилась чахотка.

«В Тарханах долго помнили, как тихая, бледная барыня, сопровождаемая мальчиком-слугой, носившим за нею лекарственные снадобья, — пишет П.А. Висковатов, — переходила от одного крестьянского двора к другому с утешением и помощью, — помнили, как возилась она с болезненным сыном. И любовь и горе выплакала она над его головой. Мария Михайловна была одарена душою музыкальною. Посадив ребенка своего себе на колени, она заигрывалась на фортепьяно, а он, прильнув к ней головкою, сидел неподвижно, звуки как бы потрясали его младенческую душу, и слезы катились по его личику. Мать передала ему необычайную нервность свою» [1].

Л. был в Москве, когда Мария Михайловна слегла. Ему дали знать, и он приехал с доктором. Однако — был поздно. Мария Михайловна скончалась на другой день после его приезда. Это произошло 24 февраля 1817 г.. Похоронили ее в семейном склепе в Тарханах, рядом с ее отцом, на ее могиле был поставлен серого гранита памятник с бронзовым крестом и сломанным якорем, символом разбитых надежд. Сын ее остался у Елизаветы Алексеевны, а Юрий Петрович, не прожил после похорон жены в Тарханах и недели, уехал в свое Кропотово.

Елизавета Алексеевна велела снести большой барский дом в Тарханах, в котором произошло столько несчастий, и на его месте в честь дочери построила церковь во имя Марии Египетской. Дом же выстроила другой, невдалеке от старого.

В 1830 г. Л. вспоминал: «Когда я был трех лет, то была песня, от которой я плакал: ее не могу теперь вспомнить, но уверен, что если б услыхал ее, она бы произвела прежнее действие. Ее певала мне покойная мать» [IX; 386].

Лит.: 1) Висковатый П.А. М.Ю. Лермонтов. Жизнь и творчество. — М.: Современник, 1891 (Собр. соч. под ред. Висковатого, Т. 6). — C. 15; 2) Рыбкин Н. Материалы к биографии Белинского и Лермонтова. «Исторический вестник», 1881. № 10. — С. 374–378; 3) Мануйлов В.А. Семья и детские годы Лермонтова. «Звезда», 1939. № 9. — С. 109–110, 112–114; 4) Мануйлов В.А. Лермонтов в Тарханах. — Пенза: Пензенск. обл. изд., 1949. — С. 21–25, 28–30; 5) Иванова Т.А. Юность Лермонтова. — М.: «Сов. писатель», 1957. — С. 6–9; 6) Николева М.Ф. М.Ю. Лермонтов. Жизнь и творчество. — М.: Детгиз, 1956. — С. 4–6; 7) Вырыпаев П.А. Лермонтов: Новые материалы к биографии. — 2-е изд. — Саратов: Приволжское кн. изд-во, 1976. — С. 42–44, 49, 51–54, 57–58; 8) Сандомир- ская В.Б. Альбом с рисунками Лермонтова (Лермонтов и М.А. Шан-Гирей) — В кн.: М.Ю. Лермонтов: Исследования и материалы. — Л.: «Наука» Ленингр. отд-ние, 1979. — C. 122–138.

Мон. Лазарь (Афанасьев)